8 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Справедливость как основная ценность права

Справедливость как правовая ценность

Слово «справедливость» произошло от слова «право» (пра­вый, правда), а в латинском языке означает justitia (справедли­вость) — от jus (право). Начиная еще с Вед и Упанишад, с Гесиода и Гомера, справедливость трактовалась как «сущий миро­порядок», духовная основа истории. В понятии спра­ведливости, взятом в ее мировоззренческом отношении, как бы заключен вопрос: могут ли мир и общество быть совершенными, возможны ли в них надлежащая пропорция, соразмерность и упорядоченность? Справедливость в глазах древних выступала как мера, закон и принцип.

Противоположностью справедливости выступает несправед­ливость, разрушение порядка, деструкция существующего. Ко­гда же справедливость выражает достигнутую для данного исторического периода гармоничность, оптимальность человеческих отношений, сознание ее не фиксирует. И в этом плане она со­звучна свободе.

Право — это мера реализации свободы и в то же время — норма политической справедливости. Другими словами, право есть нормативно закрепленная справедливость. Право покоится на идее справедливости. Справедливо то, что выражает право, соответствует праву и следует духу права (однако не всегда его букве !)

Справедливость выступает и мерой относительного достоин­ства ценностей, мерой их равновесия и субординации. Справед­ливость выступает особым механизмом, поддерживающим меру равновесия правовых ценностей и одновременно определяющим момент доминирования при конфликтном столкновении этих ценностей.

Современная эпоха с ее процессами глобализации особенно требует межкультурного диалога по обоснованию справедливо­сти и, следовательно, разработке принципов универсальной спра­ведливости. В содержание универсальной справедливости вклю­чаются: а) требование равенства («действовать одинаково в одинаковых условиях»), которое формулируется как требование непредвзятости и запрет произвола; б) идея взаимосвязи содеян­ного и расплаты за это, которое нашло воплощение в «золотом правиле»; в) требование равновесия между утратой и приобрете­нием («справедливого обмена»), которое имеет смысл не только для хозяйственной деятельности.

Универсальную справедливость характеризует, прежде все­го, признание таких правовых ценностей, как жизнь, собствен­ность, доброе имя («честь»), которые воплощаются в признании прав человека, и главным образом, его права на свободу, кото­рые можно найти уже в древнем уголовном праве.

Общий принцип, который можно выявить, анализируя раз­личные воплощения идеи справедливости, состоит в том, что по отношению друг к другу люди имеют право на определенное от­носительное состояние равенства или неравенства, в соответст­вии с которым распределяются тяготы или блага. Назначением справедливости традиционно считается поддержание и воспро­изведение равновесия или равной меры. Она применима как для критической оценки поведения человека с позиции определен­ных правил, так и для критики самих этих правил и их примене­ния.

Два аспекта справедливости (содержательный и формаль­ный) отражают две стороны проблемы справедливости в праве, касающиеся критерия оценки справедливости или несправедли­вости закона, с одной стороны, и его применения в конкретных делах — с другой. Но независимо от того, одобряем мы или нет содержательную концепцию справедливости, на которой базиру­ется закон, мы можем и должны рассматривать правовую систе­му с точки зрения формальной справедливости. Суть формаль­ной справедливости заключается в последовательном (то есть беспристрастном, объективном) применении правил. И именно на ней как безусловных минимальных требованиях морали по отношению к праву делает акцент правовой позитивизм.

Общим и безусловным моментом всех современных концеп­ций справедливости является идея прав человека, то есть при­знание одинакового обращения с людьми и отказ от привилегии и иммунитета, связанных с национальными и религиозными признаками.

Без справедливости как качества личности, без соответст­вующих ценностных ориентации не может функционировать правовая система. Точно так же для поддержания этих ценностных ориентации на справедливость правовые инсти­туты должны быть соответствующим образом организованы.

Право и мораль

Сущность права, содержание его норм станет для нас еще яс­нее, когда мы рассмотрим отношение его к родственной облас­ти — морали. Осмысление права в его взаимо­связи с моралью — одна из самых давних традиций истории об­щественной мысли.

Современное представление о ценностном взаимодействии морали и права естественным образом опирается на анализ исто­рической логики развития их взаимоотношений. В анализе тра­диции осмысления права в тесной связи с категориями морали нас интересует, прежде всего, тот факт, что изменение ценност­ных приоритетов от эпохи к эпохе оборачивалось конкретными изменениями в теоретической правовой мысли и в практической нормативной жизни.

Для пояснения сказанного обратимся к историческому мате­риалу. Известно, что учения античного времени не ставили под сомнение этическую значимость права. Космологические умо­зрения древних греков и римлян отражали господствующий в то время цельный, нерасчлененный способ познания мира. Право­мерность и нравственность поведения человека оценивались од­ной общей мерой «дике» — правом-справедливостью.

Ценность права отождествлялась с его огромным нравствен­ным значением, проявляющимся в необходимости «хороших» законов, «справедливых» правителей, «правильных» форм правления. Пифагорейцы, например, считали законопослушание высокой добродетелью, а Сократ характеризовал его как непрере­каемый долг гражданина. Платон ставил «умеренное пользование свободой» (то есть право) в качественную зависимость от того, «есть ли в душе доб­родетели», а Аристотель подчеркивал, что «человек, живущий вне закона и права, — наихудший из всех». Таким образом, свойственное античности нормативное различие права и морали еще не означало их автономности и дифференцированности в ка­честве различных ценностных систем.

Средние века стали новым этапом во взаимоотношениях мо­рали и права. Мораль и право в этот период уже не являлись си­нонимами, различаясь, как внутренняя область и «сверхиндиви­дуальная сила».

Читать еще:  Как посадить каменную розу

В данную эпоху происходило становление системы права, автономной от моральных установлений, и дальнейшее теорети­ческое размежевание права и закона. Закон при этом не терял своего абсолютного и тотального нравственного значения, а взаимоотношение права и нравственности вытекало из соответст­вия того и другого религиозным ценностям средневекового об­щества.

Можно сказать, что критерий ценности закона в Средние ве­ка был един и для этических, и для правовых установлений. Он в самом общем виде заключался в степени соответствия любых земных законов высшему, Божественному разуму.

Иное положение вещей было характерно для Нового време­ни. Именно в этот период произошел кардинальный поворот как в определении смысла права и его самостоятельного ценно­стного содержания, так и в подходах к морали, которые сразу же нашли свое отражение и в правопонимании, и в правоприме­нении.

Теоретическое осмысление ценностной самостоятельности мо­рали и права как основания для их взаимодополнения стало предметом исследования в классических концепциях просвети­тельной традиции, представленной такими именами, как Гоббс, Юм, Монтескье, Беккариа, Вольтер, Руссо и др. И хотя тема права в этих концепциях по-прежнему оставалась темой мораль­ной философии, право уже осмысливалось не просто как кон­кретизация и детализация моральных обязанностей, а как фено­мен, приобретающий свой высший смысл и значение в совокуп­ности с этическими категориями. Иными словами, идеал и легитимность права виделись в его обусловленности моралью.

Философия естественного права Нового времени различала нормативный и аксиологический подходы к праву, считая пер­вый проявлением инструментальных функций права, а вто­рой — выражением абсолютной ценности права «по его понятию». И в той мере, в какой право мыслилось в контексте своего безус­ловного ценностного содержания, оно могло сопоставляться с моралью в статусе разных, но взаимодополняющих ценностно-нормативных систем.

Вопрос о соотношении морали и права в рассматриваемой плоскости стал предметом, по сути, центральным вопросом обсуждения и в русской философской и юридической литературе.

Все многочисленные теории взаимоотношения права и нрав­ственности (морали) могут быть сведены к нескольким типам.

Первый тип теорий не проводит никакой разницы между правом и нравственностью (славянофилы), отдавая предпочтение нравственности, признавая за ней в России особую регулятивную эффективность. Второй тип считает, в проти­воположность первому, что право и мораль не имеют между со­бой ничего общего (Б. Чичерин). Третий тип рассматривает право как часть нравственности (В. Соловьев).

Для того, чтобы решить вопрос, какая же это часть нравственности, выдвигается теория этического минимума, имеющая в качестве своих сторонников многих крупных представителей философии. По мнению видного приверженца религиозной философии В. Соловьева, право является инструментом «всеобщей органи­зации нравственности», выступает в качестве «принудительного требования реализации определенного минимального добра», «минимума нравственности».С точки зрения Б. Чичерина, подчинение права нравственно­сти (как части целому) было бы равносильно признанию необхо­димости введения морали принудительными мерами, уничтоже­нию как нравственности, так и права.

Проблематика дискуссий о взаимоотношении права и мора­ли, которые были особенно популярны в России в XIX веке, не потеряла актуальности и по сей день.

Наиболее полно общность ценностных оснований морали и права воплощается в этико-правовых конструкциях прав человека. Она же проявляется в фактическом совпадении некоторых право­вых и моральных норм, которые таким совместным «дублирую­щим» регулированием подчеркивают особую значимость защищае­мых ценностей. К ним относятся прежде всего ценности жизни, свободы, собственности. В этих случаях право и мораль взаимо­действуют друг с другом как взаимодополняющие ценности.

Таким образом, по вопросу взаимодействия морали и права можно сформулировать следующие положения. Во-первых, с точки зрения общей сложившейся системы ценностей в совре­менном обществе право должно отвечать абсолютным, формаль­ным, всечеловеческим ценностям. Во-вторых, мораль и право — это две универсально значи­мые ценностно-нормативные системы общества, занимающие от­носительно самостоятельные ниши в жизни общества. Такая характеристика связи морали и права базируется на представлении о том, что право является продуктом естественно­го развития социума, оно не привносится извне и не навязывает­ся обществу властью. Возникновение и развитие права подчине­но тем же общим закономерностям, что и развитие общественной морали. Мораль положительно оценивает право, если его содер­жание соответствует нравственным ценностям и порицает нару­шения правопорядка, особенно прав и свобод граждан.

В-третьих, мораль замкнута на сознании, духовной жизни людей и не имеет обязательного внешнего выражения. Право выступает в качестве институционального регулятора. Как писа­ное право оно входит в жизнь общества в виде определенной ре­альности, устойчивой догмы, не зависящей от чьей-либо прихо­ти.

В-четвертых, содержание морали самым непосредственным образом связано с долгом, обязанностями ответственных людей за свои поступки. Право сосредоточено на субъективных правах отдельных лиц, нацелено главным образом на то, чтобы опреде­лить юридические возможности субъектов, обусловленную пра­вом свободу их поведения.

Традиция неуважения к праву, которую российские либера­лы пытались не только объяснить, но и преодолеть, в XIX столе­тии представляла собой российскую реакцию на кризис «юриди­ческого мировоззрения» на Западе. Что касается XVIII — начала XIX столетия, то в данный период российская мысль пребывала под влиянием этого самого «юридического мировоззрения» с его культом права. Это был идеал Просвещения, который представ­лял собой соединение двух противоречащих одна другой идей — разумного законодательства (правовой рационализации общест­венной жизни) и идеи неотъемлемых прав человека.

Правовой нигилизм имеет в основе непринятие одной из со­ставляющих «юридического мировоззрения» — идеи прав чело­века — за их буржуазный, а значит, «лживый» характер. Одна­ко это приводило к отрицанию ценности права в целом.

Читать еще:  Какие вы знаете народные приметы

5. Философские и аксиологические проблемы правотворчества и правопримене­ния в посттоталитарном обществе.

Правотворчество и право­применение в переходном обществе представляют собой одну из сложнейших проблем, стоящих перед учеными-правоведами и юристами-практиками России, других постсоветских стран и по­этому требуют глубокого философско-правового анализа.

Проблемность и противоречивость правотворчества и право­применения в посттоталитарном обществе имеют в своем основа­нии несколько причин. Во-первых, сравнение правовых систем тоталитарного общества, для которого характерна господство государства над правом, политизация и идеологизация права, с правовыми системами демократического общества, в котором обеспечено верховенство права и приоритет прав человека, по­зволяет сделать вывод об их принципиальной несовместимости, а следовательно, невозможности перехода от одной правовой системы к другой непосредственно. Поэтому все посттоталитар­ные страны, трансформирующиеся от тоталитаризма к демокра­тии, закономерно проходят особый переходный период, в кото­ром правовая реальность представляет собой комбинацию разру­шающейся тоталитарной правовой системы и нарождающейся правовой системы демократического общества. Как правило, все основные характеристики этой переходной правовой реальности представляют собой комбинацию сущностных черт как тотали­тарной правовой системы, так и демократической.

Во-вторых, особенностью правотворчества и правопримене­ния в посттоталитарном обществе является то, что они осуществ­ляются в условиях хаоса или дезорганизации переходного обще­ства и его правовой системы.

В-третьих, для правотворчества и правоприменения в посттота­литарном обществе характерна амбивалентность пра­восознания людей, причины которой кроются в инертности созна­ния человека, неспособности его сразу освободиться от отжившей системы ценностно-правовых установок тоталитаризма, которая может декларативно отвергаться личностью, но продолжает суще­ствовать на уровне подсознания, определяя миропонимание чело­века, его ценности, интересы, поступки. Так, например, в пере­ходных обществах проблема легитимации процедур разрешения противоречий и конфликтов стоит наиболее остро. Старые право­вые нормы и правила урегулирования конфликтов утратили свою легитимность, а новые правовые нормы еще не установились, не стали стереотипными. Поэтому любые действия власти по разре­шению острых социальных противоречий, как правило, встреча­ют в обществе резкую критику. Например, неприменение высшей меры уголовного наказания против убийц и насильников расцени­вается в обществе как мягкотелость и нежелание бороться с тяж­кими преступлениями, а применение — как жестокость, наруше­ние принципов гуманизма, норм международного права. Доста­точно часто носителями этих взаимоисключающих точек зрения могут выступать одни и те же личности.

Дата добавления: 2018-04-15 ; просмотров: 467 ; ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ

Справедливость как основная правовая ценность

Справедливость как правовое равенство.

Тема 11. Право как равенство и справедливость.

Контрольные вопросы

1. Какие аспекты свободы выделяют при рассмотрении её сущности?

2. Какое место занимает проблема выбора в контексте понятия «свобода»?

3. Что такое внутренняя и внешняя свобода?

4. Что означает «степень» и «мера» свободы?

5. Каково соотношение ответственности и вины?

6. Как связана свобода личности с социумом?

Рекомендуемая литература:

Бердяев Н.А. О рабстве и свободе человека.// Царство духа и царство Кесаря. — М.: 1995.

Гегель Г.В. Философия права. — М.: 1990.

Камю А. Избранное. — М.: 1989. С. 345-425.

Кант И. Критика практического разума. Собр. Соч. В 6т – Т.4. — М.: 1964

Кьеркегор С. Наслаждение и долг. – Киев.: 1994.

Лосский Н.О. Свобода воли и марксистский детерминизм. — М.: 1991.

Нерсесянц В. С. Философия права. — М.: 1998 О свободе // Антология западноевропейской классической либеральной мысли. — М.: 1995.

Сартр Ж. П. Экзистенциализм – это гуманизм // Сумерки богов. — М.: 1989.

Фромм Э. Бегство от свободы. — М.: 1990.

Вопросы:1. Справедливость как основная правовая ценность.

Проблема справедливости всегда интересовала философов. Само понятие справедливость является категорией морально-правового сознания. На раннем этапе развития человеческого общества под справедливостью понимали право обязательного возмездия за деяние, наносившее вред племени, т.е. «право мести».

В латинском языке понятие справедливость обозначается, словом justitia.В глазах древних справедливость выступала как мера, закон и принцип. В ней они видели надлежащую пропорцию, соразмерность и упорядоченность.

Противоположностью справедливости выступает несправедливость, разрушение порядка, деструкция существующего.

Право – это мера реализации свободы и в то же время – норма политической справедливости. Другими словами, право есть нормативно закрепленная справедливость. Право покоится на идее справедливости. Как считал Гегель, право не есть добро без блага. Справедливо то, что выражает право, соответствует праву и следует духу права.

Понятию справедливости посвящены многие труды известных в истории общества философов, ученных, политических деятелей.[52]

Сегодня в философской литературе выделяют следующие свойства справедливости:

· Справедливость не бывает однозначной. Со сменой общественных отношений, она меняет своё содержание.

· важнейшие черты справедливости – равенство, пропорциональность, бескорыстие, доброжелательность, объективность, самокритичность – раскрываются при оценке тех или иных явлений действительности;

· справедливость проявляется в формах общественных отношений, где содержится требования соответствия, между правами и обязанностями, между деянием и воздаянием, между трудом и вознаграждением, между преступлением и наказанием, и т.д.;

· справедливость как реальность существует лишь в действиях социального субъекта. Без субъекта у общественных явлений нет свойства «справедливости», оно проявляется лишь в отношениях «субъект-субъект» или «субъект – общественный институт». От того, в какие отношения вступают с человеком государство, классы, социальные группы, церковь и другие институты, возникает их оценка как «справедливых» или «несправедливых»;

· содержание справедливости как реальности выступает в трех основных аспектах: меры воздаяния, меры требования и правомерности оценки.

Читать еще:  Почему не могу взять кредит

Справедливость как мера воздаяния в каждой исторической эпохе имела своё специфическое содержание (например «Закон Талиона»). Сегодня, например, правовое воздаяние имеет своим содержанием справедливость с точки зрения правосудия (суждения по праву), равного правового подхода ко всем.

Справедливость как мера требования выступает регулятором взаимоотношений людей. Справедливо поступает не тот, кто действует сообразно справедливости по отношению к себе, а тот, кто поступает так по отношению к другим.

· Справедливость как правомерная оценка означает соизмеримость идеала (должного) с сущим как мерой воздаяния и мерой требования.

Основные онтологические и гносеологические признаки справедливости:

· в онтологическом плане справедливость всегда существует как отношение между людьми, т.е как общественное отношение.

· Другой признак, органично связанный с первым, заключается в том, что справедливость является отношением равноправия субъектов в конкретных идентичных условиях.

· Социальная справедливость характеризует реальное положение личности в обществе, обеспеченное правовыми гарантиями человеческого и гражданского достоинств, заслуженными материальными и духовными благами.

· В гносеологическом плане справедливость представляет собой понятие, категорию, отражающую определенное состояние данного отношения, т.е отношения между равноправными субъектами. Специфика понятия заключается в том, что оно является по своей природе и функциональной роли аксиологическим, т.е оценочным. Это понятие фиксирует, в каком отношении человек находится к производству, распределению и потреблению материальных благ, каково его положение в социальной группе, насколько его интересы учтены в законах и т.п.

77.243.189.108 © studopedia.ru Не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования. Есть нарушение авторского права? Напишите нам | Обратная связь.

Отключите adBlock!
и обновите страницу (F5)

очень нужно

Справедливость как ценность права

Справедливость — ценность особого рода, сложная, комплексная, многосоставная. Известный итальянский юрист Н. Боббио определял ее как совокупность ценностей, благ и интересов, охране и развитию которых служит право.

Иными словами, справедливость проявляется в других ценностях, она устанавливает их иерархию и соотношение между ними. Конкретное преломление тех или иных ценностей подлежит проверке на предмет справедливости.

Категория «справедливости» впервые подверглась обстоятельному разбору в «Большой этике» и «Никомаховой этике», а также «Политике» Аристотеля. Обращает на себя внимание широта и многоплановость этого понятия. Оно и выражается разными, хотя и близкими терминами — справедливое, справедливость, правосудность, правосудие. Для Аристотеля справедливость — это и личная добродетель (склонность, способность поступать справедливо), и объективно существующее и всеми признаваемое правило, обеспечивающее справедливое распределение благ.

Справедливость — сугубо общественное явление. Хотя она выступает и в качестве личной добродетели, проявляется справедливость только в отношении к другим лицам.

Признаками, компонентами или принципами гражданской справедливости, по Аристотелю, являются: уважение к интересам других, равенство или соразмерность и общее благо. Высказанные Аристотелем идеи развивались и обогащались на протяжении тысячелетий.

Жан-Жак Руссо полагал, что наибольшее благо всех граждан «сводится к двум важнейшим вещам: свободе и равенству». Однако равенство Руссо понимал совсем не так, как Аристотель. У него речь идет не о пропорциональности, не о равенстве по достоинству, а о фактическом равенстве, причем не только в политических правах, но и в имущественном положении. Руссо говорил, что нереальность полного решения этой задачи не избавляет мудрого законодателя от необходимости свести контрасты бедности и богатства к минимуму.

Пьер Жозеф Прудон, один из основателей анархизма, полагал, что справедливость — это «признание в другом личности равной нашей». Справедливость и равенство для него синонимы.

На протяжении тысячелетий сохраняется и традиция отождествления справедливости с общим благом.

Наиболее существенное обогащение аристотелевских представлений о справедливости произошло в связи с постановкой социального вопроса левыми и социалистическими течениями. Ими был выдвинут тезис о неполноте, урезанности и даже фальшивом характере справедливости, сводимой лишь к формальному, юридическому равноправию, о необходимости известного равенства условий ради осуществления социальной справедливости. Эти идеи давно уже получили широкое распространение и разделяются сегодня не только социалистами, коммунистами и левыми радикалами, но и сторонниками либерализма. Они вовсе не предполагают непременно обобществления средств производства или имущественного уравнивания, но во всех случаях и формах означают создание некоторых льгот для бедных и обездоленных за счет всего общества, что невозможно без государственного регулирования и перераспределения богатств.

Характерна в этом отношении работа американского либерала Джона Ролса «Теория справедливости». Ролс понимает справедливость как политическую и социальную, а не формально-юридическую категорию. Ее суть состоит в том, как в экономической, политической и социальной жизни распределяются права, обязанности и выгоды общественного сотрудничества.

Ролс формулирует два принципа справедливости. Первый состоит в том, что все люди обладают равными основными свободами, совместимыми с такой же свободой других людей. Это юридическое и политическое равенство.

Второй принцип подразделяется на два положения:

  • 1. Социальное и экономическое неравенство допустимо только в пользу наиболее обездоленных. Именно в этом случае оно будет служить благу общества в целом.
  • 2. Должности и общественный статус должны быть доступны всем.

Этот принцип Ролса носит социально-экономический, а не формально-юридический характер. Социальная и экономическая политика должна быть направлена на наиболее полное удовлетворение долговременных ожиданий наименее благополучных людей.

Справедливость обеспечивается сочетанием двух названных принципов. Таким образом, обеспечивается социально-экономическая справедливость без пренебрежения правами человека.

Такая позиция характерна для подавляющего большинства политиков, философов, правоведов последних десятилетий.

Источники:

http://studopedia.net/4_15797_spravedlivost-kak-pravovaya-tsennost.html
http://studopedia.ru/1_99360_spravedlivost-kak-osnovnaya-pravovaya-tsennost.html
http://vuzlit.ru/1421217/spravedlivost_tsennost_prava

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector
×
×
×
×